Банши для коллектора

Под землёй всегда сыро. Канализация дышала грибным холодом и ржавчиной, но я уже привыкла. Здесь, среди бетонных сот, вдали от камер и дронов, стоял мой станок — самодельное чудо из пресса для чеснока, паяльника и старого принтера. Он выплевывал лепесток за лепестком. Голубоватые, с перламутровым отливом, они складывались в цветы, которые нельзя дарить.

Банши.

Мягкий пластик на ощупь казался живым. Шёлк и прохлада. Берёшь цветок в пальцы, и он почти мурлычет — настолько приятен на касание. Только дурак бы подумал, что это игрушка. Но моими клиентами дураки не были. Они устали.

Устали от вежливых голосов в трубке. От «Здравствуйте, это служба безопасности Сбербанка». От того, как чужие люди высасывают их счета, пока они вежливо слушают.

Банши была ответом. Тихим. Нелегальным. Идеальным.

— Смотри, — сказала я крысе.

Крыса сидела на трубе и заинтересованно шевелила носом. Её звали Хруст, и она была моим единственным компаньоном последние три месяца. Хруст знала о банши больше любого оперативника. Я растёрла бракованный экземпляр у неё перед носом — лепестки послушно распались в голубоватую пыль, повисели облачком три секунды и исчезли без следа. Хруст чихнула. С ней ничего не случилось. Никогда и не случалось.

Банши работала только на том конце провода.

Передатчик в цветке улавливал несущую частоту звонка. В момент, когда жулик произносил заветное «Здравствуйте», в его динамике вставала обратная волна. И тогда происходило то, что в полицейских сводках называли «акустическим коллапсом».

Я никогда это не слышала. Но мне рассказывали.

Визг бензопилы, наложенный на скрежет сухого мела по грифельной доске, выкрученный на громкость, от которой кровоточат барабанные перепонки. Этот звук не заглушить. Не сбросить звонком. Он ввинчивается в мозг, как штопор, и сидит там ровно двадцать четыре секунды.

Двадцать четыре секунды чистого ада.

А потом — тишина. И больше никто никогда не звонит с этого номера.

Меня объявили в розыск вчера. Утром, когда я пила чай с сухарями, на кухню ворвалась повестка (откуда у них адрес? старый, я надеялась, забытый). А уже через час знакомый дилер скинул скрин: мое фото с размытым лицом, подпись «Опасный преступник», награда — сумма, от которой у Хруста выпал бы ус.

Теперь мы бежали. Нижний ярус, третий коллектор, вода по щиколотку. Шесть готовых банши лежали в герметичном пакете за пазухой. Хруст скакал впереди, сверкая глазами-бусинами. Ему нравилась эта игра. Он то и дело останавливался, принюхивался к решёткам и показывал носом — туда нельзя, там люди.

— Умная крыса, — шептала я, перематывая промокшие кроссовки изолентой.

Где-то наверху, в тёплом сухом мире, звонили телефоны. И вежливые голоса говорили: «Здравствуйте, это служба безопасности». А люди терли в пальцах голубые цветы, глядя в потолок и слушая, как на том конце провода кто-то вдруг начинает кричать.

Я не чувствовала вины. Ни капли.

— Ещё сотню, — сказала я Хрусту, останавливаясь у развилки. — Ещё сотню банши, и, может быть, они перестанут звонить.

Хруст мотнул хвостом. Ему было всё равно, зачем мы это делаем. Он просто знал, что впереди — новый коллектор, сухой и тёплый, а у меня в кармане — кусок сыра.

Мы пошли дальше.

А где-то в участке эксперт крутил в пинцете останки банши — горстку голубой пыли, которая через три секунды исчезла, не оставив даже запаха. И никто не мог доказать, что она вообще существовала.

Кроме тех, у кого до сих пор звенело в ушах.

Двадцать четыре секунды вечности.

Собственно всё на скриншоте.

Схема не новая, но было очень интересно пообщаться с подставным кадровиком по телефону. Звонит, значит некий мальчик и представляется сотрудником отдела кадров государственного учреждения в котором я работаю. И это был первый момент, который меня напряг - ведь я знал, что в нашем отделе кадров никаких мальчиков нет, там коллектив чисто женский. И звонит, что интересно с московской симки МТС, а на мой скромный вопрос - чой-то вы мне из Москвы звоните? Обижается и говорит, что он местный. Проблемка у отдела кадров по его словам - утеряна часть моего трудового стажа в результате сбоя....Ну окей. Утеряна и утеряна, отвечаю. Нет, что вы, это он мне - у вас тогда будет потеря за полтора года, нужно завтра же со всеми документами в отдел кадров. Снилс, ИНН, Паспорт и выписку с ГОсуслуг - ИЛС. И со всеми этими документами срочно к нам. На какое время вас записать?

И вот тут я признаться охуел от трёх факторов. Первое - сотрудник мужчина в отделе кадров. Второе - Московская симка. Третье - Отдел кадров никогда! Никогда в жизни не назначал удобное время для сотрудников. Причём эта сука, предложила мне максимально неудобное для меня время, а не как обычно - приходи и всё. Ну я потрепал ему нервы немного уточняя, почему именно ко времени, а почему у вас какие-то окна, давно ли вы работаете, а почему сбой, а сверху никаких циркуляров не спускали и сисадмины об этом совершенно не в курсе. Он держался достойно, отнекивался, а под конец начал ныть, что у него и так много дел, много кого обзванивать, а я зазря время отнимаю. Ну лады, говорю, завтра ждите. И тут началось стандартное - сотруднику отдела кадров потребовалось сверить мои данные. У этой гадины уже был мой номер снилс, мой ИНН и оставалось сверить лишь паспорт. Слушая как он диктует мне серию и номер моего старого паспорта, я чуть не заплакал от чувства ностальгии. Вот же-ж шпионы ебучие, всё про нас знают, где живём, имя, фамилию и порой лучше знают чем госуслуги - где кстати надо данные паспорта обновлять если меняешь, и в банке если меняешь и в отделе кадров, причём там ещё заявление в бумажном виде. Нет, говорю, сами проебали, сами ищите мои данные. И представляете - он обиделся. Да так искренне, прямо как настоящий человек с чувствами, а я то всегда думал, что там одни гомосеки бессердечные работают. Мол, чё мне больше всех надо, мне чё из-за вас любые цифры в документах ставить, вам же потом хуже будет, ля-ля-ля-ля...Да тут даже Станиславский бы наверное из гроба встал и сказал - верю. Жаль что я не поверил. Одним словом берегите себя и своих близких и посылайте всех в жопу кто звонит с незнакомого номера. Сейчас собственно кроме мошенников никто и не звонит.